April 20th, 2007

default_snowing

Эмпирическая психология

Я совсем не психолог и далека от психологии, как от внеземных цивилизаций. И хотя я научилась выговаривать фамилию Гиппенрейтер еще в 1999 году и прочитала несколько трудов по психологии, моя психология целиком эмпирическая: я получаю жизненный опыт - я делаю выводы и продолжаю жить дальше.
Все, что вы прочитаете ниже - глава из учебника, который пишет для меня жизнь.
На заре туманной юности (просто_кэт меня не читает, в прошлый раз она так и не ответила, когда будет продолжение про туманную юность) мне казалось, что моя миссия - изменять людей и мир, я должна стараться сделать его лучше, мне надо изо всех сил пытаться спасти людей, которые стоят на краю пропасти или тех, кто подошел к ней чуть ближе, чем я.
Именно поэтому в школьные годы я направо и налево пыталась взывать к разуму своих друзей, апофеозом всего этого стал наш с Наташкой Шуклиной поход к Янкиной крестной: кажется, Янка то ли вращалась в компании, которая нам казалась подозрительной, то ли до нас дошли слухи, что волк курит траву Янка попробовала курить травку, в общем, мы, как честные подруги, кинулись в бой. Каково же было наше удивление, когда крестная попросила нас оставить Янку в покое прямо на краю пропасти, в которую она скатывалась на наших глазах. С тех пор прошло почти 10 лет. Удивительно, Янка закончила университет с красным дипломом, вышла замуж за прекрасного принца на белом коне, работает переводчиком и считается ужасно ценным работником (таким ценным, что ее собственные боссы навезли ее ВСЕГО Гарри Поттера на английском в твердых обложках, причем шестую книгу привезли ажно два раза, поэтому у меня тоже есть). Если бы тогда крестная разрешила нам вести душещипательные беседы с Янкой, Янкиными родителями и ловить во ржи Янку, я бы точно считала, что все дело в нашем с Наташкой волшебном спасении Янки. Но увы, Янка почему-то стала такой и без нас.
Позже жизнь преподнесла мне еще один мудрый урок. Уже в университете одна моя подруга обвинила меня в том, что это из-за меня она рассталась с двумя своими парнями (но-но! по очереди!). На мое робкое возражение, что я никогда ничего не заставляла ее делать, она припомнила мне, что в сложные периоды взаимоотношений добрая девочка Верочка всегда давала совет "ну если тебе тяжело, да расстанься ты с ним". Удивительно, мне казалось, что я просто даю логичный совет, не настаиваю, просто высказываю свое мнение, а не стою, прижав нож к горлу, и не ставлю ультиматумы "или он - или я". Но оказалось, что моя подруга доверяла мне настолько, что поступала именно так, как я ей говорила.
С тех пор я очень осторожно даю людям советы. С особой осторожностью я даю советы тем людям, которые мне дороги и которым дорога я. Я сто тысяч раз подумаю перед тем, как дать совет человеку, на которого имею влияние. Я миллион раз буду сомневаться прежде чем сказать такому дорогому человеку, который мне доверяет, как ему надо поступить. Нет, это не значит, что мне все равно, что я готова стоять в сторонке и наблюдать, как человек катится в бездну. Если мой близкий человек будет гарантированно делать глупость, опасную для жизни, я остановлю его. Но я не хочу, чтобы через сколько-то там недель, месяцев, лет после моего совета этот человек приходил ко мне и говорил: "Я поступил так, как ты мне сказала, и теперь я об этом жалею, я виню в этом тебя. Если бы я тогда не послушал тебя, я был бы более счастлив". Я знаю, что тут мы входим в опасную зону предположений, в ту жизнь, которой у нас никогда не было и никогда не будет. Я не хочу рассуждать о том, что было бы, если бы чего-то не было или что-то было... Я о другом...
Если кто-то доверяет тебе настолько, что всегда прислушается к твоим советам, это огромная ответственность, которую уметь выдержать.